Глава девятнадцатая

Множественные вселенные

Квантовая теория вселенных, создаваемых наблюдателем, имеет гораздо более необычные следствия, чем те, которые обсуждались в предыдущих главах.

Некоторые физики не соглашаются с Копенгагенской Интерпретацией, считая, что мы можем делать утверждения о "глубокой реальности". К сожалению, утверждения, которые делают они, звучат скорее в духе научной фантастики или восточного мистицизма.

Давайте сначала рассмотрим "научно-фантастические" моменты квантовой теории. Все началось в 1935 году, когда нобелевский лауреат Эрвин Шрёдингер сформулировал проблему, о которой мы уже несколько раз упоминали -- случай с котом, который одновременно занимает категории жизни и смерти.

Так как квантовые "законы" не имеют абсолютной природы законов Ньютона (или Аристотеля), вся квантовая теория строится на вероятностях. Как мы уже упоминали, аристотелевское "да", или 0%, и "нет", или 100%, представляют ту определенность, которую западный человек испокон веков привык искать. Эксперименты в области квантовой физики отказываются подчиняться подобной определенности, поэтому здесь мы всегда имеем дело с вероятностями между 0% и 100% -- может быть, 24%, может, 51%, может, 75% ... и т.д.

Во многих случаях вероятность равна 50%, что при подбрасывании монетки соответствует вероятности ее падения на одну из сторон: орел-решка. Шрёдингер рассматривал процесс квантового распада, в котором в любой момент времени t вероятность одного возможного события равна вероятности другого возможного события (50%). Для удобства примем наше время t равным 10 минутам. Теперь мы можем сказать, что по прошествии десяти минут вероятности событий А и Б равны и составляют 50%, однако мы не можем сказать, какое из событий произойдет, пока эти 10 минут не пройдут и мы не выполним измерение.

Теперь Шрёдингер предлагает представить шарик, наполненный ядовитым газом, который может взорваться (событие А) или не взорваться (событие Б). Очевидно, к исходу 10 минут вероятности событий будут равны 50%.

Поместим этот шарик в коробку с живым котом и закроем ее.

До того, как мы откроем коробку и увидим результат, вероятности того, что шарик взорвался, и того, что он остался целым, все еще равны и составляют 50%. То есть вероятность того, что кот жив, и вероятность того, что он мертв, также равны и составляют 50%.

На аристотелевском языке кот "является" одновременно живым и мертвым до тех пор, пока мы не откроем коробку.

Переформулирование этого высказывания на операциональном языке, как мы это и сделали, спасает нас от абсурда, но не решает проблему до конца. Модель, в которой содержится мертвый кот, существует с вероятностью модели, в которой кот жив, то есть вероятность каждой из этих моделей равна 50%. Мы ускользнули от более странных метафизических интерпретаций проблемы Кота Шрёдингера, однако загадка остается. Классическая физика может предсказать точные результаты даже до того, как мы заглянем внутрь, квантовая же физика может предсказывать только вероятности, пока мы не заглянем внутрь.

Неплохая основа для принятия Копенгагенской Интерпретации, скажете вы. Согласен.

Однако Эйнштейн и другие отвергли копенгагенизм, настаивая, что в конце концов будет найден способ делать утверждения относительно "реальности", даже в квантовом мире. Кот Шрёдингера поставил перед ними серьезные проблемы.

В 1952 году Хью Эверетт из Принстонского университета, вместе с Уилером и Грэхемом, предложил новую теорию в попытке описать "реальность" и ответить на загадку Кота.

В техническом языке вероятностная волна, описывающая возможные исходы квантового процесса, называется "вектором состояния". В проблеме Кота вектор состояния по определению может "коллапсировать" двумя способами -- уступив "мертвому коту" или "живому коту".

Фон Нейман сказал бы, что до того, как мы откроем коробку, вектор состояния имеет три значения -- мертвый кот, живой кот и может быть. Это значит, что вектор состояния может коллапсировать двумя способами, а мы, до того как увидим один из исходов данного случая, пребываем в состоянии "может быть".

Эверетт, Уилер и Грэхем предлагают иную модель, сокращенно называемую по начальным буквам их фамилий -- ЭУГ (EWG.).

В этой модели вектор состояния никогда не "коллапсирует". Каждый возможный исход проявляется в различных собственных состояниях, или eigenstates (грубо говоря, в вероятностных множествах). Так как эти собственные состояния должны где-то существовать и не могут сосуществовать в пределах одного и того же пространства-времени, они существуют в различных вселенных.

Таким образом, в суперпространстве -- это понятие было предложено Уилером для решения совершенно других задач (математической формулировки гравитации в эйнштейновской вселенной) -- наш мир не одинок. В том же суперпространстве, которое содержит четырехмерную вселенную Эйнштейна, существует и неизвестное число других вселенных. В одной вселенной собственное состояние в конце опыта с ядовитым шариком содержит мертвого кота. В другой вселенной собственное состояние содержит живого кота.

Это происходит каждый раз, когда возникает вероятность 50% -- вектор состояния "расщепляется" на два вектора в двух вселенных.

Итак, эта теория в буквальном смысле означает, что где-то в суперпространстве существует вселенная с такой же планетой Земля, только Адольф Гитлер там никогда не становился политиком и остался художником, а Ван Гог, после того как его мозг поразил парез, занялся политикой и стал Великим Диктатором. Если вы на минуту отвлечетесь от физики и отнесетесь к этому философски или пессимистически, то можете спросить себя, почему нам так не повезло попасть именно в этот, а не в какой-нибудь другой мир. Ответ -- в модели ЭУГ -- состоит в том, что "мы" -- или нечто вроде наших ксерокопий -- существуем и в той, другой, вселенной тоже.

Я же предупреждал, что это будет похоже на научную фантастику.

Где-то в суперпространстве существует вселенная, в которой Земля, как и в нашей вселенной, вращается вокруг Солнца, но на ней никогда не развилась жизнь и не появились Эверетт, Уилер и Грэхем, которые могли бы предположить существование других Земель, включая ту, где наши Эверетт, Уилер и Грэхем придумали эту идею.

Где-то в суперпространстве существует вселенная, в которой моя ксерокопия пишет этот абзац, приводя в качестве примера: "Где-то в суперпространстве существует вселенная, в которой Бетховен умер сравнительно молодым, поэтому у них есть его симфонии с Первой по Четвертую, но нет великолепной Девятой".

И так далее... но не до бесконечности. Никто еще не вычислил точного числа параллельных миров, существующих согласно этой модели, но так как все возможные вселенные должны были возникнуть из одного Большого Взрыва (как принимается в этой модели), это число является очень большим, но не бесконечным. Доктор Брайс де Витт в "Физикс тудэй" (1970) оценил его как превышающее 10100, но не смог уточнить, насколько превышающее.

Все же это достаточно большое число для любого научно-фантастического сюжета, который вам вздумается представить.

Предположим, что в одной из вселенных я ощутил необходимость написать книгу, подобную этой, однако, в силу иных импринтов и обучения, я отвергаю Копенгагенский подход, поэтому вся моя книга будет попыткой опровергнуть утверждение, что теория множественных вселенных более правдоподобна, чем любая другая интерпретация квантовой механики.

Что бы вы ни думали об этой теории в этом мире, в другом мире ваши убеждения окажутся противоположными.

Основной аргумент в поддержку модели ЭУГ заключается в ее предполагаемой экономичности. Вам это может показаться весьма странным. Принцип "лезвия Оккама"*, как когда-то было известно любому школьнику -- в те реакционные годы, когда школьники должны были хоть что-то знать, -- гласит, что в науке мы должны всегда выбирать наиболее экономичную модель, такую, в которой будет содержаться меньше всего предположений и допущений. Таким образом, модель, в которой утверждается, что более 10100 ваших ксерокопий читают то же число вариантов данного текста, не выглядит очень экономичной. Но сторонники ЭУГ настаивают, что все прочие интерпретации имеют еще менее "экономичные" следствия.

* Уильям Оккам (ок. 1300 -- ок. 1350) -- английский философ, логик и писатель, главный представитель номинализма XIV века, член ордена францисканцев. Считал, что понятия, не сводимые к опытному знанию, должны удаляться из науки ("отсекаться" от нее).

Копенгагенская Интерпретация, например, выглядит более экономичной, чем модель ЭУГ -- в том виде, как я ее представил. Однако слишком многие физики представляют ее не на языке-прим, а на стандартном языке, используя идентификационное "является". Сформулированные с использованием идентификационного "является", Копенгагенские воззрения всегда будут казаться утверждением, что мы в буквальном смысле создаем физическую вселенную, наблюдая ее. А это ведь, в сущности, та позиция, которую отстаивал епископ Беркли, и ее легко свести к карикатурному солипсизму. (Как уже упоминалось, один из физиков даже написал, что никакой реальности вообще нет.)

Таким образом, приверженцы модели ЭУГ заявляют, что копенгагенизм нарушает оккамовский принцип экономии, постулируя вселенную, которая магически создается человеческой мыслью. Благодаря идентификационному "является" некоторые копенгагенисты действительно договорились до этого. Отсюда и знаменитое саркастическое замечание Эйнштейна о мыши, каждый новый взгляд которой на мир должен изменять этот мир. Доктор Фред Аллан Вольф торжественно ответил, что в мозгу мыши так мало клеток, что изменения, вызываемые наблюдением со стороны мыши, в сумме будут очень мало отличаться от 0%, поэтому мы можем ими пренебречь.

Я думаю, что копенгагенизм, как он изложен в этой книге, без идентификационного "является", защищен от подобной критики. (Чуть позже мы попробуем выяснить, может ли другая альтернативная теория -- теория скрытой переменной -- подобным образом избежать критики модели ЭУГ, если переформулировать ее без идентификационного "является".)

Тем не менее я не могу не заметить, что модель ЭУГ принимает основные волновые уравнения квантовой механики в чистом виде, тогда как Копенгагенская модель и модель скрытой переменной увенчивают эти уравнения философскими интерпретациями. В этом смысле модель ЭУГ может считаться более экономичной.

Как видите, в этой книге я не отстаиваю "фундаменталистский копенгагенизм" -- не утверждаю, что копенгагенская модель является единственно истинной на все времена. Свою позицию я скорее назвал бы "либеральным копенгагенизмом". Я не верю, что какая-либо модель может равняться вселенной или вселенным, но думаю, что альтернативные модели будут продолжать появляться, так как современная наука обладает настолько сложной информацией, что в ее пределах возможно существование множества различных моделей. Некоторые называют такой либеральный копенгагенизм "модельным агностицизмом". Доктор Марсилло Труззи называет его "зететицизмом".

История модели ЭУГ демонстрирует степень фундаментального разногласия среди физиков по поводу этих предметов и таким образом, по моему мнению, укрепляет либеральный копенгагенизм или "модельный агностицизм", к которому в настоящее время примкнуло большинство физиков. Иначе говоря, модель ЭУГ вполне соответствует эстетическому подходу, которого я придерживаюсь в настоящей книге. Доктор Уилер, один из создателей теории ЭУГ, позднее отверг ее за "излишний метафизический багаж", но затем вновь к ней вернулся. Доктор Брюс де Витт сначала говорил, что не может относиться к модели ЭУГ серьезно, но теперь он -- один из наиболее ярых ее сторонников. Большинство физиков до сих пор рассматривают ее как математический сюрреализм, однако среди молодого поколения ее популярность продолжает расти. Не меньше дюжины книг, вышедших за последнее десятилетие, либо открыто поддержали модель ЭУГ, либо отнеслись к ней с уважением, признавая ее настолько же правдоподобной, как и доминирующую Копенгагенскую теорию.

Теперь мы видим, что подобно тому, как современная нейрология отрицает существование единой личности или "души" аристотелевского толка и говорит о множестве "я" в мозгу каждого человека, одна из ветвей квантовой теории также определяет существование множества "я". Другими словами, и наука о мозге, и квантовая механика утверждают, что все "я" из множества возможных являются одинаково "реальными" -- для нейрологов эти "я" содержатся в химических процессах нашего головного мозга, для сторонников теории ЭУГ -- в других вселенных, но в обоих случаях о "единой личности", как и в буддийской теории, не может быть и речи.

В нейронауке доминирующее в данный момент "я" оказывается не более реальным, чем скрытые "я", могущие проявиться в любой момент, как только я приму спиртное или наркотик, или испугаюсь, или окажусь в незнакомой стране. В модели ЭУГ личность, которую я проявляю в этом мире, является не более реальной, чем все многочисленные женские личности, которыми я обладаю в половине возможных вселенных, или бесчисленные альтернативные мужские личности, которые я проявляю в остальных вселенных.

Нельзя не поразиться тому факту, что, в соответствии с фрейдистскими, юнгианскими и гештальт-терапевтическими методами интерпретации снов, эти альтернативные "я", иногда вместе с их альтернативными вселенными, проявляются каждую ночь в наших сновидениях. Некоторые физики описывают другие вселенные и другие личности как "виртуальные"*, но не является ли это справедливым и по отношению к реальности наших сновидений?

* Виртуальный (от лат. virtualis) -- возможный; тот, который может или должен проявиться.

И не кажется ли вам, что понятия виртуальных личностей и виртуальных реальностей проникли в психологию и физику -- ведь, как утверждается в этой книге, любой достаточно глубокий анализ должен в конце концов отбросить аристотелевскую определенность и принять модели -- туннели реальности, -- основанные на вероятностях?

Упражнение

Пусть каждый член вашей группы громко скажет "Я выполняю это упражнение, потому что..." и далее постарается перечислить "все" причины. Так, например, вы выполняете это упражнение, потому что присоединились к этой группе. Почему вы это сделали? Почему вас заинтересовали вопросы, обсуждаемые в этой книге? Как вы нашли эту группу? Почему вы попали именно в этот город из всех городов на планете?

Продолжайте анализ. Почему вы родились? То есть каким образом ваши родители встретились и поженились? Как родились они? Каким образом существующим в вас генетическим комбинациям удалось пережить войны, землетрясения, голод и другие катастрофы человеческой истории, тогда как множество других комбинаций исчезло?

Каким образом этот континент образовался в геологической эволюции? Можете ли вы оценить, какое число миграций, войн, экономических переворотов и прочих событий потребовалось для того, чтобы объединились генетические комбинации вашего отца и матери?

Постарайтесь хотя бы грубо, в общих чертах, объяснить образование планеты Земля и появление жизни на ней.

После того как все члены группы примут участие в этой игре, оцените невероятность того, что вы все собрались вместе в этот вечер, во все вечера ваших жизней, чтобы выполнить данное упражнение.

Возможно, вам потребуется выполнить это упражнение не менее трех раз, прежде чем его полный смысл достигнет уровня ваших нейронов.


Глава двадцатая

Создатели звезд?

Доктор Джон Арчибальд Уилер сегодня смотрит на эти вещи более радикально, чем в прошлом, когда он был соавтором модели ЭУГ.

Но прежде, чем обсудить это, мы должны рассмотреть понятие "нелокальности".

В 1965 году доктор Джон С. Белл опубликовал работу, которую физики кратко называют "теоремой Белла". Так как на эту тему было опубликовано много абсурда и нелепицы -- и я сам, в том числе, согрешил в своей ранней книге "Космический курок I: Последняя тайна иллюминатов", -- мы будем продвигаться очень медленно и осторожно. Теорема Белла утверждает, что:

Если некоторая объективная вселенная в некотором смысле существует

(т.е. если мы не принимаем наиболее солипсические ереси, высказываемые неосторожными сторонниками копенгагенизма) и

Если уравнения квантовой механики структурно подобны (изоморфны) этой вселенной,

то

Некоторый вид нелокальной связи существует между любыми двумя частицами, когда-либо входившими в контакт.

Это утверждение покажется вам странным и даже каким-то зловещим, если вы вспомните, что классический тип нелокальной связи, известный человечеству издавна, -- это "магическая" связь. Идея магии заключается в том, что шаман, заполучив прядь ваших волос, может с ее помощью сделать с вами все что угодно. Фрэзер в "Золотой ветви" называет это "симпатической магией"* и характеризует как "примитивное" мышление. Получается, самая передовая наука вернулась к самым "примитивным" идеям?

* То есть магией, основанной на взаимном влечении вещей подобных или находившихся в контакте друг с другом. В первом случае мы имеем дело с гомеопатической, а во втором -- с контагиозной магией" по определению Фрэзера. Нам кажется уместным привести здесь оригинальную фрэзеровскую формулировку принципа контагиозной магии:

Вещи, которые раз пришли в соприкосновение друг с другом, продолжают взаимодействовать на расстоянии после прекращения прямого контакта.

(Фрэзер Д. Д. Золотая ветвь: Исследование магии и религии. М.: Политиздат, 1986, с. 19.)

Не совсем так. Чуть ниже я объясню тонкости "нелокальной связи", но сначала давайте отметим, что идея нелокальной связи кажется настолько немыслимой и запретной многим физикам (которые осознают ее сходство с магией и шаманизмом), что они решили избежать следствий из математических выкладок Белла, подвергнув сомнению его первый шаг, описанный выше, и возвращаясь к бесстыдному солипсизму. До сих пор этот подход открыто проявился (насколько я знаю) только в двух статьях доктора Н. Дэвида Мермина из Колумбийского университета ("Квантовые тайны для всех", Джорнал оф философи, том. 78, 1981, и "Есть ли Луна, когда на нее никто не смотрит?". Физикс тудэй, апрель 1985). Доктор Мермин заявляет, что Луна исчезает, когда на нее никто не смотрит.

Да-да! Я не преувеличиваю. Доктор Мермин пишет: "Можно показать, что Луна не существует, когда на нее никто не смотрит". Ах, если бы он был хоть немного знаком с языком-прим...

Пожалуйста, не забывайте, что позиция доктора Мермина отличается от моей, которая состоит в том, что в нашем наблюдаемом мире Луна не появляется, пока кто-нибудь на нее не посмотрит, но мы не можем делать имеющие хоть какой-нибудь смысл утверждения о существовании или несуществовании в "реальном мире"; смыслом будут обладать только наши высказывания о наблюдаемом нами мире после его наблюдения.

Никому не приходило в голову (пока что) оспаривать второй пункт аргумента Белла. Уравнения квантовой механики имеют больший изоморфизм с наблюдаемой вселенной, чем что-либо еще в науке. Мы знаем это, так как эти уравнения входят в теории, лежащие в основе около 90% современных, повседневно используемых нами технологий (по оценке Джона Гриббина). Они используются в телевидении, атомной энергетике, компьютерах, молекулярной биологии, генной инженерии и вообще повсюду. Если бы в них содержался крупный недостаток, он бы уже давно проявился. (Мелкие недостатки в них, по всей видимости, существуют, как и во всем, что сделано человеком, но при наличии крупного недостатка каждый день вокруг нас что-нибудь да взрывалось бы.) Но нет: квантовые уравнения имеют, вероятно, наиболее высокую степень подтвержденности (экспериментальной, практической, обиходной) среди всех отраслей научного знания.

Итак, если мы имеем мир, который человек может наблюдать, и изоморфизм между этим миром и квантовой математикой, выводы Белла кажутся математически неизбежными. Они также прошли семь экспериментальных тестов, каждый раз со все более сложными приборами, и кажутся справедливыми всем, кроме тех, кто, как доктор Мермин, находит солипсизм менее "иррациональным", чем нелокальность.

Что же мы понимаем под "нелокальностью" в представлении Белла? Можем ли мы отличить ее от шаманизма и магии? Да, можем, и тогда она окажется совсем не такой странной и зловещей, как магия. Она окажется гораздо более странной и зловещей.

Все доквантовые модели мира, включая теорию относительности Эйнштейна, предполагали, что любые корреляции требуют связей. Другими словами, они предполагали, что, если А делает пинг!, а Б затем -- понг!, объяснение этому должно лежать в некоторой связи между А и Б. Если реакция "пинг-понг" будет продолжаться, снова и снова, без всякой связи между А и Б, классической физике (да и здравому смыслу) это покажется сверхъестественным.

В ньютоновской физике связь между пинг и понг -- механическая и детерминистская (А бьет, Б принимает); в термодинамике -- механическая и статистическая (когда достаточное число А достаточно сильно подпрыгивает, они ударяют достаточное число Б, чтобы заставить их прыгать тоже); в электромагнетизме эта связь выступает как пересечение или взаимодействие полей; в теории относительности -- как результат искривления пространства (которое мы называем "гравитацией"); но в любом случае корреляция будет предполагать некоторую связь.

В качестве простой модели мира все физики доквантовой эпохи принимали бильярдный стол. Если лежащий на нем шар приходит в движение, причина лежит в механике (удар другого шара), полях (воздействие электромагнитного поля толкает шар в определенном направлении) или геометрии (стол некоторым образом искривлен), но без причины он двигаться не может.

В квантовой механике, начиная с 20-х годов нашего века, нелокальные эффекты -- корреляции без связей -- казались многим физикам единственным объяснением поведения субатомных систем в некоторых случаях. (Бор ввел понятие "нелокальный" в 1928 году.) Белл просто доказал математически, что эти нелокальные эффекты действительно должны иметь место, если квантовая математика действует в наблюдаемом мире.

Когда мы говорим, что в этих нелокальных эффектах не существует связей, объясняющих корреляцию, мы попросту имеем в виду, что отсутствует "причина" -- в любом возможном значении этого слова.

Представьте себе бильярдный стол без игроков. Никто не бьет по шарам. Нет землетрясения, которое трясло бы комнату. Не существует магнита, спрятанного под столом. И все же внезапно шар А на одном конце стола поворачивается по часовой стрелке, а шар Б на другом конце стола -- против часовой стрелки.

Если бы вы рассказали об этом некоему Фоме Неверующему, он бы заподозрил какой-то обман или мошенничество. Тем не менее подобные нелокальные корреляции являются математически необходимыми в квантовой механике и неоднократно подтверждались экспериментально.

"Бильярдная" модель описывает лишь один аспект нелокальной реальности. Другая модель, приведенная в лекции самого доктора Белла, -- как мне ее изложил доктор Герберт, -- выглядит так:

Представьте себе двух человек, один из которых находится в Дублине, а другой -- в Гонолулу. Представьте, что в течение некоторого времени мы за ними внимательно наблюдали и получили некоторые "законы" их поведения. Один из этих законов состоит в том, что, когда дублинец надевает красные носки, человек в Гонолулу надевает зеленые. Затем мы в целях эксперимента вмешиваемся в систему -- "делая" так, что человек в Дублине снимает красные носки и надевает зеленые. Мы поворачиваемся к нашим мониторам, смотрим на Гонолулу, и оказывается, что наш тамошний подопечный в тот же миг снял зеленые носки и надел красные! (Я не одобряю употребление восклицательных знаков в повествовательных предложениях, но данный случай, мне кажется, заслуживает по меньшей мере одного, а может, даже и трех или более восклицательных знаков...)

"В тот же миг" означает, кроме всего прочего, что мы точно знаем, что никакой сигнал из Дублина не мог достичь Гонолулу, чтобы образовать связь между событиями. Сигналы перемещаются со скоростью, равной или меньшей скорости света, и не могут вызвать мгновенную реакцию. Таким образом, событие в Гонолулу даже нельзя расценивать как "реакцию" в строгом значении этого слова; оно скорее будет классифицировано как совпадение -- если только эти люди не продолжат вести себя подобно частицам Белла и та же корреляция не будет наблюдаться всякий раз, когда мы заставим одного из них поменять носки.

(Высокотехничные атомные эксперименты, демонстрирующие подобное поведение, описаны в книгах "В поисках Кота Шрёдингера" Гриббина и "Квантовая реальность" Герберта.)

Что ж, теперь вы видите, насколько это отличается от примитивной "симпатической магии". Магия опирается на своеобразную "оккультную" теорию причинности, однако подобная корреляция без связи не укладывается ни в одну теорию причинности. Магия допускает "астральное путешествие" и т.п., но в нашем случае "путешествие" вообще отсутствует -- если только не допустить возможность мгновенного "путешествия" туда и обратно. Короче говоря, магии далеко до нелокальной корреляции.

Доктор Джек Сарфатти, между прочим, называет нелокальную корреляцию "информацией без перемещения". Можете обозначать ее и так, если мой термин "корреляция без связи" кажется вам не совсем адекватным.

Юнгианская синхронистичность, признаваемая не только сторонниками Юнга, но и многими другими психологами, безусловно, также содержит подобную нелокальную и некаузальную корреляцию. Юнг действительно определил синхронистичность как явление, не укладывающееся ни в одну чисто каузальную, "бильярдную" теорию мира. Большинству ученых из других областей науки до экспериментальных подтверждений теоремы Белла казалось, что только психологи могут нести подобную чушь... Однако теперь этот вопрос требует нового, более пристального изучения.

Давайте же, наконец, рассмотрим следствия теоремы Белла для модели с множественными вселенными.

В последнее десятилетие физики много говорили о так называемом "антропном принципе", который вкратце сводится к следующему. Мы живем во вселенной, которая выглядит так, как будто она в конце концов обязательно должна была породить людей. Иначе говоря, наша вселенная как будто специально "предназначена" для людей.

Это переворачивает с ног на голову последние три века развития науки. "Предназначение" вообще и антропное предназначение в частности когда-то играли большую роль в философии Аристотеля и теологической мысли, однако наука решила, что может обойтись без всяких "предназначений". Тем не менее антропный принцип сейчас имеет большее влияние, чем когда-либо в теологическую эпоху.

Дело в том, что несколько космологов проанализировали группу вполне обособленных фактов нашей вселенной и пришли к простому выводу: если любую физическую константу хотя бы немного изменить (во многих случаях -- не больше, чем на 0,01%), в результате мы получим вселенную, в которой человек не смог бы появиться.

Другими словами, из всех вселенных, которые могли образоваться при Большом Взрыве, большинство либо сразу же распалось, либо превратилось в различные газовые образования, либо образовало авезды и галактики без планет, либо пошло по такому пути развития, который исключил возможность зарождения и эволюции человека.

Профессор Пол Дэвис анализирует эти выкладки с математической строгостью в своей книге "Случайная вселенная". Он приходит к выводу, что мы можем либо принять модель ЭУГ, предполагающую существование множества вселенных, в большинстве из которых отсутствует человек, либо, если мы настаиваем на единственной вселенной "здравого смысла", согласиться, что некий антропный принцип "поработал"* над развитием этой вселенной в таком направлении, чтобы сделать возможным наше существование.

* От греч. anthropos -- "человек"

Выражаясь простым языком, у нас есть выбор: множество миров или один мир, имеющий некоего подозрительного Конструктора. Как бы сторонники последнего варианта ни старались придать ему абстрактный и математический смысл, большинство читателей все равно видит в нем идею Бога.

Безусловно, Конструктор (в обычном представлении) не пользуется сердечным уважением в научных кругах. Ученые считают, что Он скорее является предметом интереса теологов и совершенно не вписывается в научное видение мира.

В этом споре антропный принцип разбился на Сильный антропный принцип и Слабый антропный принцип; первый из них более совместим с гипотезой о существовании Конструктора. Тем не менее даже Слабый антропный принцип оставляет щелку, через которую Конструктор может проскользнуть в науку.

Теперь в нашей истории вновь появляется доктор Уилер.

(В этом обсуждении я в значительной мере следую современным воззрениям доктора Уилера, как они представлены в статье Джона Глайдедмэна "Переворачивая Эйнштейна с ног на голову", напечатанной в "Сайенс дайджест" за октябрь 1984 г.)

Теорема Белла показывает, что, если квантовая теория соответствует чему-то вроде физической вселенной -- если квантовая теория не вырождается в солипсизм, как всегда предполагали критики копенгагенизма, -- нелокальные корреляции должны существовать во вселенной точно так же, как они существуют в математических выкладках. Но эти нелокальные корреляции не обязательно должны быть корреляциями в пространстве, как я их представлял до этого момента (в целях ясности и простоты). Теорема Белла указывает, что в квантовом мире должны также существовать корреляции во времени. (Я оставил их рассмотрение до этого момента, так как, если не подходить к этому вопросу медленно, шаг за шагом, неподготовленный ум читателя может испугаться.)

Нелокальные пространственные корреляции (или пространственно-подобные корреляции, как сказали бы строгие релятивисты) просто упраздняют, или превосходят, или игнорируют нашу концепцию линейной причинности. Нелокальные временные, или время-подобные корреляции выворачивают эту концепцию наизнанку.

Итак: два фотона входят в один и тот же измерительный прибор. Возникает контакт, который, согласно теореме Белла, становится нелокальной корреляцией. Один из фотонов попадает в прибор, придя от свечи, находящейся на другом конце комнаты, а другой -- от звезды, находящейся от нас на расстоянии миллиона световых лет. Однако нелокальная корреляция не изменяется (в уравнениях Белла коэффициент ее изменения равен нулю) ни в пространственно-подобных, ни во время-подобных разделениях.

Для того чтобы оба фотона удовлетворяли этому требованию, свойства того из них, который покинул звезду миллион лет назад, должны быть установлены также миллион лет назад, что даже для Квантовой Страны Чудес кажется абсурдом. (Это подразумевает, что фотон, "зная", что мы будем его измерять миллион лет спустя, соответствующим образом оделся, прежде чем покинуть звезду и начать свое долгое путешествие.)

В альтернативном варианте, этот фотон не покидал звезду миллион лет назад, "до тех пор", пока результат нашего сегодняшнего измерения каким-то образом нелокально не отправился "назад" во времени на далекую звезду и не "настроил" этот фотон для корреляции с другим фотоном, пришедшим от свечи.

Что я только что сказал?

Да, мы имеем обратную временную причинность, не обязательно как буквальную истину в аристотелевском смысле, но как единственную модель, соответствующую имеющимся у нас на сегодняшний день данным.

Как заметил Уилер, "мы ошибаемся, думая, что прошлое имеет определенное существование "где-то там"".

С копенгагенистской и прагматической точки зрения, любая модель прошлого или способна, или неспособна помочь нам решить сегодняшние проблемы. Традиционная модель, представляющая прошлое как нечто, имеющее определенное существование "где-то там", неспособна помочь нам понять явление нелокальной корреляции. Таким образом, мы нуждаемся в модели, в которой настоящее может влиять на прошлое.

По моему мнению, с этим не возникает проблем, если отказаться от идентификационного "является".

Используя идентификационное "является", мы приходим к бесконечным парадоксам и к модели, которую может принять всерьез только душевнобольной. Мы действительно приходим к миру, который изменяется целиком -- в прошлом, настоящем и будущем -- каждый раз, когда мы производим измерения.

Выходит, если бы Мышь Эйнштейна случайно включила наши измерительные инструменты, она действительно могла бы изменить весь мир.

Доктор Герберт с присущим ему здравомыслием спрашивает, каким образом проведение измерений может иметь подобную "магическую" силу. Я и не думаю, что может. Я думаю, что, пока мы не найдем лучшей модели, на данном этапе мы нуждаемся в модели с обратной причинностью, иначе мы будем противоречить фактам квантовых экспериментов. Но я не думаю, что модель "является" миром. Когда модель становится настолько странной, необходимо строить новую, лучшую модель.

Тем временем, пока не найдена лучшая модель (или "новая парадигма"), в рамках нынешней модели Уилера где-то в суперпространстве все еще существует огромное множество вселенных старой модели ЭУГ, но мы "выбрали" эту антропную вселенную при помощи проведенных нами экспериментов.

Если вы принимаете модель Уилера в качестве конечной истины, то...

Наконец-то появляется долгожданный Конструктор;Дверь Закона распахивается, и мы входим.

По словам Уилера, наши эксперименты беспрестанно совершают нелокальные путешествия в пространстве-времени в соответствии с теорией Белла. В этих путешествиях они пересекают Большой Взрыв и все остальные события; при этом осуществляется, так сказать, "тонкая настройка" Большого Взрыва и вселенная вокруг нас становится антропной -- вселенной, в которой люди могут и должны существовать. Мы создали ее для себя.

Короче говоря, мы не нуждаемся в сверхъестественной фигуре Конструктора. Наши эксперименты создают вселенную, наблюдаемую при помощи наших экспериментов, которые всегда подчиняются идее антропной, а не любой из миллионов или миллиардов возможных не-антропных вселенных, так как именно мы задумываем эти эксперименты.

Верно?

Конечно же, это и нью-эйджевский лозунг "Мы создаем свою собственную реальность" -- все равно не одно и то же. Уилер подчеркнуто отрицает, что мысль, или разум, или сознание могут быть связаны с этой замкнутой каузальной цепью. Только ядерные эксперименты способны влиять на частицы, которые нелокально настраивают Большой Взрыв на создание нас и нашего мира.

Тем не менее мне кажется решительно странным, что "Конструктор" появляется в качестве меня, вас и того парня, подпирающего фонарный столб в интерпретации квантовой механики, предложенной более шестидесяти лет назад Эддингтоном, который не был последователем теории нелокальных корреляций и обратной временной причинности. Эддингтон просто пытался проследить корни Копенгагенской Интерпретации в прагматизме и экзистенциализме, как это делаю я, и в результате пришел к следующему заключению ("Философия физической науки"):

Мы обнаружили странные следы на берегу Неизвестного. Мы одну за другой создавали глубокие теории, чтобы объяснить их происхождение. Наконец нам удалось воссоздать облик существа, оставившего отпечатки ног. И что же? Этим существом оказались мы сами.

Суфийский аналог этой притчи, появившийся на тысячу лет раньше, таков: Мулла Насреддин ехал на осле по пустыне и вдруг увидел вдали отряд людей на лошадях. Зная, что в этом районе часто встречаются разбойники, Насреддин развернулся и пришпорил осла в обратном направлении.

Всадники, однако, узнали божественного Муллу. "Куда бы это мудрейшему из мусульман так мчаться?" -- спросили они друг друга и решили последовать за ним, думая, что он приведет их к чему-нибудь волшебному.

Оглянувшись, Насреддин увидел, что "разбойники" его преследуют, и еще сильнее пришпорил осла. Тогда его преследователи тоже поскакали быстрее, стараясь не упустить из виду загадочные действия великого Насреддина. Погоня продолжалась, все быстрее и быстрее, пока Насреддин не увидел кладбище. Он быстро спешился и спрятался за надгробием.

Всадники подъехали ближе и, не слезая с лошадей, заглянули за камень. Возникла пауза. Все, и особенно Насреддин, который узнал во всадниках своих старых знакомых, лихорадочно думали. "Почему ты прячешься за надгробием?" -- наконец спросил один из всадников.

"Это сложнее, чем ты можешь понять, -- ответил Насреддин. -- Я нахожусь здесь из-за вас, а вы -- из-за меня".

Упражнения

1. Обсудите в классе дзэновскую загадку: "Кто Тот, кто чудеснее всех Будд и мудрецов?"

2. Согласно сообщению, приведенному в уже упоминавшемся сборнике "Странные известия", шестеро мужчин на Филиппинах поспорили о том, "что появилось первым -- яйцо или курица". Страсти накалились, в ход пошло оружие, и четверо из шести были застрелены. Попробуйте всем классом обсудить теорию Уилера, избегая подобных ужасных результатов.

3. Попробуйте, используя вашу собственную изобретательность, применить теорию Уилера к обычной ссоре между людьми.

4. Снимите крышку с бачка в туалете, потяните за ручку и понаблюдайте, как вода сначала уходит, а затем вновь заполняет бачок до определенного уровня. Это -- простейший замкнуто-причинный механизм в обычном доме. Примените замкнуто-причинный анализ к:

А. Расовым отношениям в США и Южной Африке.

Б. Холодной войне.

В. Типичному разводу.

Г. Самоосуществляющимся ожиданиям в отношениях корпораций с профсоюзами.


Глава двадцать первая

Друг Вигнера, или Детективная история

Другой нобелевский лауреат, доктор Юджин Вигнер, привнес новый, более сложный поворот в проблему Кота Шрёдингера, получив при этом выводы, одновременно и схожие с созданной наблюдателем антропной вселенной Уилера, и поразительно отличающиеся от нее.

Пожалуйста, не забывайте, что мы всегда имеем дело с вероятностями, а не определенностями, поэтому не стоит так волноваться, когда мы достигаем очередного поворота извилистой желтой кирпичной дороги квантовой психологии.

В первичной постановке проблемы Кота мы имели физика в лаборатории, коробку, кота внутри коробки, шарик, наполненный ядовитым газом, и некоторый процесс радиоактивного распада, который рано или поздно приведет к взрыву шарика и смерти кота. Мы обнаружили, что, пока коробка закрыта, уравнения, описывающие квантовый распад, имеют решение, в котором утверждения "кот мертв" и "кот еще жив" являются в равной мере "истинными", или в равной мере "ложными", или, наконец, имеют вероятность 50%. Пользуясь логикой фон Неймана, мы могли бы сказать, что оба утверждения находятся в состоянии "может быть", как монетка, подброшенная в воздух.

Когда мы открываем коробку, мы обнаруживаем либо живого, либо мертвого кота, и "может быть" исчезает, как и в случае с монеткой, которая приземляется орлом или решкой вверх.Таким образом, мы разрушили вектор состояния, открыв коробку.

Отлично, но давайте теперь взглянем на ситуацию глазами другого физика, находящегося за пределами лаборатории. Вигнер назвал второго наблюдателя Другом физика из лаборатории, поэтому новая проблема получила название Парадокс Друга Вигнера.

По прошествии десяти минут, как и в нашем первоначальном примере, физик в лаборатории, Эрнест, открывает коробку и обнаруживает, что кот жив. (Мне больше нравится счастливый исход.)

Для Эрнеста, таким образом, вектор состояния "разрушился". Вероятности теперь описываются не как "на 50% живой и на 50% мертвый", а как "на 100% живой и на 0% мертвый".

Однако Юджин -- Друг, находящийся в коридоре,-- еще об этом не знает. С его точки зрения, Эрнест в лаборатории находится, как и вся экспериментальная система, в состоянии "может быть". На более конкретном уровне, Эрнест состоит из молекул, которые состоят из атомов, которые состоят из "частиц" и (или) "волн", которые подчиняются квантовым законам, поэтому ему будет соответствовать некий вектор состояния... пока он не откроет дверь лаборатории, не просунет в нее голову и не объявит: "Тэбби еще не умер". Тогда для Юджина вектор состояния будет разрушен сообщением о результате.

Безусловно, все мы состоим из молекул, которые состоят из атомов, которые состоят из "частиц" и (или) "волн", и все мы пребываем в различных состояниях "может быть", пока не сделаем выбор в экзистенциальном смысле.

В промежутках между выборами мы, очевидно, возвращаемся в состояние "может быть". "Существование предшествует сущности", помните?

Итак, с точки зрения Юджина в коридоре, мы все содержим квантовую неопределенность. Только когда Юджин непосредственно нас наблюдает, эта квантовая неопределенность "коллапсирует", превращаясь в определенное "он это сделал" или "он этого не делал".

На другом берегу океана другой физик, Элизабет, нетерпеливо ждет результата этого смертоносного эксперимента.

С ее точки зрения, вектор состояния не коллапсирует, когда Эрнест сообщает Юджину: "Кот жив". В мире Элизабет вектор состояния коллапсирует, только когда Юджин бежит к телефону, факсу, компьютеру или чему-либо еще и передает сигнал: "На этот раз кот жив". Для Элизабет вектор состояния коллапсирует с приходом этого сигнала. Таким образом, в ее вселенной именно этот сигнал разрушает вектор состояния.

Четвертый физик, Робин, беспокойно ждет вестей от Элизабет... и в мире Робина вектор состояния все еще не коллапсировал...

И так далее... для любого числа наблюдателей.

Кажется, мы вернулись к фоннеймановской катастрофе бесконечного регресса, только в другой форме.

Некоторые попытаются избежать очевидных следствий при помощи заявления, что вектор состояния существует только как математическая формула в головах людей, причем не всех, а только физиков. В этом случае проблема Друга Вигнера не имеет такого радикального значения, как открытая Эйнштейном относительность показаний приборов. Ведь относительность здесь (того, когда вектор состояния коллапсирует) существует лишь в наших понятиях, тогда как эйнштейновская относительность существует в показаниях измерителей.

Это возражение игнорирует фундаментальное открытие квантовой механики, добрую дюжину формулировок которого я уже привел ранее в этой книге, но которое до сих пор остается настолько "чуждым" аристотелевской культуре, что мы постоянно о нем забываем. Данное открытие заключается в следующем:

1. Мы не можем делать осмысленных утверждений о некотором предполагаемом "реальном мире" или некоторой "глубокой реальности", лежащей в основе "этого мира", или некоторой "истинной реальности", и т.д., не учитывая самих себя, наших нервных систем и других инструментов.

Любое утверждение, которое мы делаем относительно подобной "глубокой" реальности, существующей отдельно от нас, никогда не может стать объектом доказательства или опровержения и поэтому "не имеет смысла" (является "шумом").

2. Любое бессмысленное научное, экзистенциальное или феноменологическое утверждение сообщает о том, каким образом наши нервные системы или другие инструменты восприняли то или иное событие (события) в пространстве-времени. Читатель уже познакомился с несколькими вариациями этой идеи и выполнил упражнения, помогающие (как я надеюсь) прояснить ее экспериментально. Тем не менее аргумент Вигнера некоторым из вас, вероятно, все еще кажется немного "странным". Но ведь он касается только вероятностей, как я уже отметил в начале этой главы, и 1) не описывает "глубокую" реальность, отдельную от нас, а также 2) не описывает тип "реальности", который мы воспринимаем посредством нашей нервной системы и других инструментов, поэтому аргумент Вигнера можно расценивать как имеющее смысл научное высказывание.

Попробуем в обратном порядке. Вердикт "здравого смысла" гласил бы: "Чертов кот либо жив, либо мертв, даже если никто и никогда не откроет коробку". Так как, по определению, это утверждение невозможно проверить, оно бессмысленно. Как только мы начинаем его проверять и кто-либо заглядывает в коробку, "здравый смысл" и аристотелевская "реальность" исчезают и появляется операциональная неаристотелевская "реальность". Короче говоря, как только имеет место проверка, мы вступаем в область науки, экзистенциализма и высказываний, имеющих смысл. Без проверки мы остаемся в области шума -- "много слов и страсти, нет лишь смысла", как сказал Бард*.

* У. Шекспир, "Макбет".

Утверждение "кот является или живым, или мертвым, даже если никто не смотрит", если подумать, сверхъестественным образом напоминает другое известное "идентификационное" утверждение -- "хлеб является телом Иисуса, даже если любой прибор показывает, что это просто хлеб". Подобные не-инструментальные, не-экзистенциональные "истины" хороши в сюрреалистической живописи или поэзии -- они могут стимулировать творчество, воображение и т.д., -- однако они не содержат информации или смысла ни в каком феноменологическом контексте.

Но до сих пор остается неопределенным понятие "мы".

Если определить "нас" как людей в лаборатории, тогда имеющая смысл речь начинается с открытием коробки. Если определить "нас" как людей, толкущихся в коридоре вместе с Другом Вигнера, имеющая смысл речь начинается, когда Эрнест открывает дверь лаборатории и сообщает: "Кот жив". Если определить "мы" как физиков, находящихся за океаном, имеющая смысл речь начинается с приходом к ним электронного сигнала...

Знаю, знаю: все это звучит слишком странно...

Именно поэтому Эйнштейн напоминал нам: "Здравый смысл говорит нам о том, что Земля плоская".

Заметьте, пожалуйста, что, хотя утверждение "кот либо жив, либо мертв, даже если никто не смотрит" можно отнести к категории бессмысленных, утверждения "кот мертв" и "кот жив" в нее не попадают.

Они относятся к категории неопределенных. Помните разницу между неопределенностью и бессмыслицей?

Таким образом, утверждение "Кто-то положил под стол бомбу с часовым механизмом" не является бессмысленным, даже если никто и не заглядывал под стол. Весьма велики шансы, что кто-нибудь туда заглянет, если произнести это утверждение вслух. Вероятно, заглянул бы каждый...

Это утверждение остается "неопределенным" в отрезок времени между моментами его произнесения и тщательной проверки под столом. Затем оно становится либо "истинным", либо "ложным".

Поняли?

Неаристотелевская логика имеет дело с экзистенциально-операциональными вероятностями. Аристотелевская логика имеет дело с определенностями, и, ввиду того что на протяжении всей нашей жизни этих определенностей нам не хватает, аристотелевская логика подсознательно программирует нас на выдумывание фиктивных определенностей.

Эта погоня за фиктивными определенностями, по моему мнению, лежит в основе большинства идеологий и почти всех религий нашей планеты.

Упражнения

1. Классифицируйте следующие утверждения как истинные, ложные, бессмысленные или просто на данный момент неопределенные.

А. Несколько мертвых инопланетян спрятаны в ангаре на базе ВВС США в Эдвардсе.

Б. В этом упражнении содержится тринадцать утверждений.

В. Все утверждения в этом упражнении ложны.

Г. Хороший полицейский никогда не берет взяток.

Д. Функция образования -- убивать любопытство, поощрять покорность и готовить безмозглых лентяев для работы в корпорациях.

Е. Горбачев имеет преимущество над всеми остальными членами Политбюро, так как остается трезвым, когда все они напиваются.

Ж. Утверждение Б ложно.

Е. Утверждение Ж ложно.

3. Бог любит всех, даже серийных убийц, насильников и агентов ЦРУ.

И. Все утверждения в некотором смысле истинны, в некотором смысле ложны, в некотором смысле бессмысленны, в некотором смысле истинны и ложны, в некотором смысле истинны и бессмысленны, в некотором смысле ложны и бессмысленны, в некотором смысле ложны, истинны и бессмысленны.

2. Попробуйте прожить один день с таким (вероятно) самоосуществляющимся ожиданием: "Я глуп, непривлекателен и никому не нравлюсь".

3. Попробуйте прожить один день с такой программой: "Я великолепен, привлекателен и всем нравлюсь".

4. Решите, какое из этих двух упражнений понравилось вам больше, и попробуйте прожить с этой программой целый месяц.

Понаблюдайте за старыми программами, которые пытаются вернуться, вмешиваясь в упражнение.


Часть пятая

Нелокальная личность

Если квантовая механика вас не потрясла до глубины души, значит, вы ее еще не поняли.

Нильс Бор


Глава двадцать вторая

Скрытые переменные и невидимый мир

Как я упоминал выше, Эйнштейну не нравилась Копенгагенская Интерпретация. Его спор с Бором по этому вопросу продолжался более двадцати лет, заполнив страницы многих научных журналов; по его окончании большинство физиков признали победу Бора. Тем не менее некоторые аргументы Эйнштейна продолжают беспокоить сообщество физиков и малочисленное меньшинство продолжает сомневаться: а не был ли отец теории относительности в чем-то прав?

Излюбленная линия критики Эйнштейна основывалась на его заявлении, что квантовая механика в существовавшем тогда (и все еще существующем сейчас) виде может и не являться "законченной теорией" субатомного мира. Это означает, что Неопределенность квантовых уравнений -- как бы полезны они ни были в привычных технологиях -- оставляет вероятностную дыру, через которую однажды может войти новая квантовая теория.

Другими словами, тот факт, что мы пока не можем избавиться от Неопределенности, не обязательно свидетельствует об ограниченных возможностях научного метода (как утверждал Бор) или об ограниченных возможностях научного метода и человеческой нервной системы (как утверждаю я). Неопределенность может попросту свидетельствовать о "незавершенности" квантовой механики.

В конце концов аргумент Эйнштейна вырос в гипотезу о существовании "скрытой переменной". Предположим, что однажды мы обнаружим переменные, на сегодня неизвестные, которые объяснят "коллапс" вектора состояния. Есяи это случится, Копенгагенская Интерпретация станет историей -- вместе с трехзначной логикой фон Неймана, моделью множественных миров и уродливым потомством Кота Шрёдингера и Друга Вигнера.

Царство скрытых переменных -- невидимый, субквантовый "мир" -- если мы когда-либо сможем изучить его в лаборатории, -- объяснит нам, каким образом вектор состояния "коллапсирует" от вероятности до измерения к определенности после измерения. Тогда мы сможем сказать, что это сделали скрытые переменные, а не сам акт измерения или сообщение о нем, как в аргументе Вигнера. "Здравый смысл" и, может быть, даже аристотелевская логика смогут восстать из могил, куда физики отправили их в двадцатых годах.

К сожалению, в модели скрытых переменных можно указать два основных недостатка.

Во-первых, теории скрытых переменных, по мнению современных ученых, "фальшиво звучат" и даже фальшиво пахнут. Они предполагают существование аристотелевских "сущностей", платоновских "глубоких реальностей" и других метафизических единиц-"призраков". У некоторых ученых они даже вызывают ассоциации с пресловутой "скрытой сущностью Христа", которая, по утверждению католиков, содержится в том, что нашим чувствам и инструментам кажется всего лишь кусочком пресного хлеба. Короче говоря, от этих теорий исходит явно средневековое зловоние.

С более технической точки зрения, это возражение состоит в том, что скрытые переменные все еще остаются неопределенными и, похоже, могут остаться таковыми навсегда, превратившись, таким образом, в "бессмыслицу" или "шум". Независимо от числа неудавшихся экспериментов по обнаружению скрытых переменных, непреклонные защитники этих призраков могут заявлять, что "до сих пор мы искали не там, где надо". Этот путь ведет к нескончаемым философским дебатам, а не к научным действиям.

Второй аргумент против теории скрытых переменных кажется еще более весомым. На протяжении 90 лет физики использовали квантовую теорию в той или иной форме, на протяжении 70 лет -- в ее (предположительно) законченной форме, и за это время не нашли ровным счетом ни одного доказательства существования скрытых переменных.

Эти доводы убедили физиков, или преобладающее большинство из них, отправить скрытые переменные, вместе с католическими "сущностями", флогистоном* и теориями светящегося эфира и "Естественного Закона" (в моральном или политическом смысле). Научное сообщество решило, что может обойтись без подобных призраков.

* Флогистон (от греч. phlogistos -- "воспламеняемый, горючий"). По представлениям физиков конца XVII -- начала XVIII вв., "начало горючести", гипотетическая невидимая составная часть веществ, улетучивающаяся при горении и обжиге.

Или так, по крайней мере, казалось, пока доктор Бом не предложил новый тест для теоремы Белла, а доктор Эспект из Орсе не провел этот тест несколько раз.

Получается, что у нас под рукой может быть более "полная" квантовая теория, включающая скрытые переменные. На данном этапе, тем не менее, это вовсе не означает, что мы нашли "глубокую реальность" и можем выбросить на помойку Копенгагенскую Интерпретацию. Это попросту говорит о том, что у нас появилась еще одна, новая модель, что представляет для большинства физиков еще один аргумент в пользу "модельного агностицизма", или зететицизма.

Давайте рассмотрим эту модель подробнее:

Все -- ну ладно, пусть почти все: в квантовой механике всегда находятся еретики, -- почти все соглашаются, что эксперименты Эспекта ясно продемонстрировали существование нелокальной корреляции.

Некоторые заявляют, что эти эксперименты также проявили некую скрытую переменную. Другие энергично это отрицают. Джон Гриббин, редактор раздела физики журнала "Нью сайентист", заявляет, что эксперименты Эспекта не только не доказали теории скрытой переменной, но и раз и навсегда их опровергли.

Очевидно, здесь мы вступаем в область, где лучшие из физиков начинают с трудом понимать слова друг друга и смысл ведущихся ими дебатов. Проблема, по-видимому, заключаетсяв различных концепциях понятия скрытой переменной. Представления доктора Бома -- человека, спланировавшего эксперименты доктора Эспекта, -- отличаются от представлений Эйнштейна и других основателей теории скрытой переменной. С точки зрения Бома, эксперименты Эспекта ослабили позиции идеи локальных скрытых переменных, но поддержали концепцию нелокальных скрытых переменных.

Что же все-таки мы подразумеваем под нелокальной скрытой переменной?

Как объяснялось в предыдущем разделе, нелокальные корреляции трансцендируют причинно-следственные связи, а также ниспровергают наши традиционные представления о "пространстве" и "времени". Если говорят, что две "частицы" -- или два "события", или два чего-то-там-еще --имеют нелокальную корреляцию, в современной квантовой теории это значит, что связь между ними будет сохраняться в отсутствие между ними сигналов, полей, механических сил, энергии и любых других "причин".

В экспериментах Эспекта, например, фотоны на двух концах экспериментального прибора сохраняли корреляцию Белла в каждом измерении, несмотря на то что специальные переключатели позволяли производить измерение только в последние 10 наносекунд (10~8) эксперимента. Свету, для того чтобы пройти от одного фотона к другому, потребовалось бы 20 наносекунд, а -- как вам уже, наверное, известно -- ни один известный в физике вид энергии не может перемешаться со скоростью большей, чем скорость света. Другими словами, ни один вид физической энергии не мог бы передать сигнал от одного фотона к другому и образовать связь, которая позволила бы нам принять "причинное" объяснение этого явления.

Таким образом, локальные скрытые переменные не могут иметь к этому отношения. Следовательно, одна из форм теории скрытой переменной уже определенно не может быть привлечена для объяснения этой "корреляции без связи". Это в корне "опровергает" теории локальной скрытой переменной, но еще раз подтверждает, что квантовые эксперименты не обнаруживают ни одного "пробела", который можно было бы заполнить принятием идеи локальной скрытой переменной.

Однако идея нелокальной скрытой переменной могла бы объяснить результаты экспериментов Эспекта и нескольких других физиков, проведенных с момента опубликования Беллом его теоремы, которые свидетельствуют о том, что нелокальные корреляции так же четко проявляются в лаборатории (экспериментально), как и в уравнениях (теоретически).

Но у нас до сих пор нет более или менее ясного представления о нелокальной скрытой переменной, не так ли?

Доктор Бом, занявшийся исследованием нелокальности в 1952 году, за эти годы разработал математическую модель нелокальных скрытых переменных и -- что еще прекраснее -- даже нашел способ описать все это на вполне приемлемом английском языке. (Этот язык своеобразен: Бом превращает множество статических существительных в динамические глаголы. Мне кажется, я могу достичь того же эффекта, просто продолжая избегать статического идентификационного "является".) О модели Бома вы можете прочитать в его книге "Целостность и подразумеваемый порядок" (1983).

Доктор Бом постулирует явный (explicate), или развернутый порядок (он использует оба слова), который образует четырехмерный континуум, известный пост-эйнштейновской науке. Этот порядок, который мы обычно называем видимым миром, он называет явным или развернутым, так как он размещается в пространстве-времени -- каждая его часть имеет место, то есть определенное положение в пространстве и во времени.

Этот явный порядок грубо соответствует аппаратному обеспечению компьютера или нашему головному мозгу. (Нейролог доктор Карл Прибрэм с помощью модели Бома даже объясняет некоторые загадки функционирования головного мозга.)

Далее доктор Бом постулирует подразумеваемый (implicate), или свернутый порядок (он использует оба слова), который и "проницает", и трансцендирует четырехмерную явную вселенную Эйнштейна. Этот порядок он называет подразумеваемым илисвернутым, так как он не размещается в пространстве-времени -- ни одна его часть не имеет положения. Его невозможно обнаружить только в данной точке пространства -- он в любом месте и везде; его нельзя локализовать только в данной точке времени -- он в любом времени и всегда. (Только явные результаты этого порядка обладают локальностью. Он сам остается нелокальным.)

Этот подразумеваемый порядок соответствует программному обеспечению наших компьютеров -- и нашего головного мозга, согласно доктору Прибрэму.

На явно-развернутом уровне все обладает локальностью и кажется случайным (пока не изучены мельчайшие, квантовые части); на подразумеваемо-свернутом уровне все обладает нелокальностью и кажется неслучайным.

Нам удалось наблюдать нелокальность только в форме ее результатов, то есть нелокальных корреляций на явно-развернутом (пространственно-временном) уровне -- с тех пор, как Белл положил начало ее поискам, -- так как этот развернутый уровень выступает продолжением в пространстве-времени всегда нелокального и не-пространственно-временного подразумеваемого порядка. Другими словами, некий субквантовый мир, напоминающий "глубокую реальность", отвергнутую Нильсом Бором, существует, но мы не можем наблюдать или ощущать его; в то же время мы не можем называть его "призраком" или "бессмысленной концепцией", так как наблюдаем его эффекты в виде нелокальных корреляций, которые по-другому совершенно необъяснимы.

Тем не менее этот подразумеваемый порядок в качестве научной модели не соответствует в точности классической "глубокой реальности" в аристотелевском смысле, так как является лишь одной моделью среди многих. Бом, отец этой модели, не утверждает, что она является "единственно верной", или "конечной", или чем-то еще в этом же роде.

Если сравнения с компьютером и головным мозгом недостаточно прояснили для читателя понятие "подразумеваемого порядка", предлагаю иную модель: исполнение Девятой симфонии Бетховена обладает всеми характеристиками аппаратного обеспечения или явного порядка. Вы можете довольноточно локализовать его в пространстве-времени -- скажем, девять часов вечера в Старой Опере -- и, если эти пространственно-временные координаты будут перепутаны, вы пропустите это событие.

Но "Девятая симфония"Бетховена также имеет подразумеваемое, свернутое существование -- как программное обеспечение, которое не соответствует подразумеваемому порядку доктора Бома в точности, но приближается к нему. Если бы на каждой нотной записи симфонии можно было проставить дату и местоположение -- "Этот экземпляр найден в летнем доме Ленни Бернстайна в субботу 23 ноября" и т.п., -- некоторые аспекты "Девятой" все равно остались бы нелокальными, так как мы не могли бы назвать точное число голов, в которых она содержится целиком или частично.

В фантастической повести Рэя Брэдбери "451 по Фаренгейту" тоталитарный режим сжигает все книги, но этим уничтожается только их локальное "аппаратное обеспечение". Группа подпольщиков заучила наизусть все классические произведения и постоянно делится своими знаниями с другими людьми, которые, в свою очередь, передают их кому-то еще и т.д. Таким образом эти книги становятся частично нелокальными и недоступными "пожарникам". (Многие из нас подобным образом сохранили в памяти комедийные номера Джорджа Карлина -- не из параноидального страха, что наше общество ожидает подобный тоталитарный режим, а просто потому, что мы очень часто просматривали его видеозаписи.)

Эти музыкально-сценические аналогии призваны помочь читателю разобраться с нелокальностью. Но истинная бомовская нелокальность продолжалась бы, даже если бы все мы перестали существовать.

В качестве приближения к мыслимой модели нелокальности можно принять телевидение. Как часто скорбно замечают циники, телевизионные шоу пятидесятых годов до сих пор путешествуют в пространстве-времени ("эфире"), и обитатели солнечных систем, удаленных от нас на сорок с лишним световых лет, систем, которые нам даже не видны, могут начать принимать на свои телевизионные антенны шоу Эда Салливэна, Милтона Берли и новости эпохи Маккарти. Вот будет смешно, если они попытаются понять нас на основе этих сигналов!

Таким образом, Милтон Берли приобрел нечто вроде нелокальности.

Другая аналогия, не относящаяся к локальности или нелокальности, по меньшей мере помогает прояснить понятия "подразумеваемого" и "явного". Я звоню вам по телефону. Слова возникают из моих губ в качестве явных или развернутых звуковых волн. Микрофон в моем телефоне преобразовывает их в подразумеваемые или свернутые волны -- электрические заряды. Динамик в вашем телефоне принимает эти заряды и "разворачивает" их так, чтобы они снова стали явными звуковыми волнами и вы могли "меня" слышать.

Еще аналогия. Один из моих друзей в Нью-Йорке посылает мне какую-то информацию на магнитном диске. Я вставляю это свернутое сообщение в свой компьютер, и оно, уже в развернутом виде, появляется на мониторе, оказываясь новой компьютерной игрой.

Следствия этой модели "подразумеваемое -- явное" -- еще более странные, чем могло бы показаться на первый взгляд. Так же, например, как Относительность Эйнштейна упразднила дихотомию "пространства" и "времени", а современная психосоматическая медицина избавляется от разделения "души" и "тела", модель Бома подрывает традиционный дуализм "сознания" и "материи".

В нелокальном свернутом порядке информация не может обладать локальностью, но "проницает" и (или) "трансцендирует" все локальности. Выражение "информация, не обладающая локальностью" во многом напоминает индуистское понятие Брахмана, китайскую концепцию Дао, "Большой Ум" Олдоса Хаксли и "Сознание Будды" буддизма махаяны. Любая из этих концепций должна подразумевать информацию без локальности (если признать, что они вообще хоть что-то подразумевают).

"Сознание Будды -- это не "Бог"", -- постоянно объясняют буддисты, а западные люди лишь моргают в ответ, не в состоянии понять религию без "Бога". Но Брахман в индуизме также не имеет ни личности, ни локальности, ни характера (илирода) западных "богов" и, подобно "Сознанию Будды", является неким нелокальным подразумеваемым порядком, информацией без локальности, если это вообще что-то значит.

Бом, в отличие от других, избежал рассмотрения параллелей между своими математическими решениями и древним восточным мистицизмом. Доктор Капра в книге "Дао физики" принимает бомовскую нелокальную модель квантовой теории в качестве "истинной" (не обращая внимания на физиков, предпочитающих модель ЭУГ или копенгагенизм) и совершенно правильно указывает, что (если принять эту модель в качестве "единственно верной квантовой модели") квантовая теория утверждает то же, что всегда утверждал даосизм.

Действительно, известный парадокс Лао-цзы "Величайшее находится в мельчайшем" начинает приобретать смысл для западного человека только после того, как он поймет значение понятия "нелокальная информация" в современной физике.

Доктор Эван Гаррис Уокер идет дальше. В своей работе "Квантовый антрополог" (1975) доктор Уокер -- кстати, физик, а не антрополог -- развивает нео-бомовскую модель скрытой переменной, в которой "сознание" вообще не обладает локальностью и кажется нам локализованным ввиду ошибок нашего восприятия. В этой модели наш "разум" не находится в нашем головном мозге, а нелокально проницает-трансцендирует пространство-время в целом. Наш мозг, таким образом, просто "настраивает" это нелокальное сознание (что звучит уже совсем в духе хакслиевского "Большого Ума").

Доктор Уокер приводит математическую модель этого нелокального "Я" и с ее помощью предсказывает частоту проявления предполагаемого психокинеза парапсихологов. Его результаты совпадают с результатами тех, у кого наиболее успешно получаются опыты с психокинезом. Другими словами, если люди показывают хорошие результаты в "управлении" бросаемой игральной костью (то есть шестерка у них выпадает чаще, чем положено по законам вероятности), -- они превышают вероятность в среднем как раз настолько, насколько это позволяет модель нелокальной скрытой переменной.

(Более подробно узнать о модели Уокера и ее связи с парапсихологией вы сможете либо непосредственно из его работы, либо из моей книги "Новая инквизиция".)


Глава двадцать третья

Квантовый футуризм

Выше мы обсудили четыре основные системы, которые у большинства землян на данной стадии эволюции составляют аппаратное и программное обеспечение и на основе которых формируются наши множественные "я". Вспомним их еще раз:

1. Оральная система биовыживания, в значительной мере определяемая импринтами раннего младенчества, отвечает за поиск Безопасного Места и избегание Опасного или Враждебного.

Когда кто-то наводит на вас пистолет, какое бы "я" в вас до этого момента ни доминировало, система биовыживания сразу же "захватывает" ваш мозг. Побежите ли вы, упадете в обморок или повергнете противника наземь ударом каратэ -- впоследствии вы не сможете вспомнить момент принятия решения. "Я просто сделал это", -- скажете вы потом, потому что древние, восходящие к рептилиям нейронные цепи этой системы действуют как безусловные рефлексы.

2. Анальная территориальная система, в значительной мере определяемая импринтами, возникшими на этапе, когда ребенок учится ходить, отвечает за захват территории и поддержание некоторого определенного статуса в стае млекопитающих, человеческой семье и сообществе. Даже низкий статус, будучи однажды импринтирован, будет автоматически функционировать и казаться "нормальным". Так, например, человек с импринтом "Неудачник" в этой системе будет ощущать крайнее неудобство, беспокойство и злость, если обстоятельства внезапно сделают его "Хозяином Положения", -- столь жеавтоматически, как человек с импринтом "Хозяин Положения" будет ощущать неудобство, беспокойство и злость, оказавшись в положении "Неудачника".

3. Семантическая времясвязывающая система, импринтируемая на этапе, когда язык и другие виды символизма начинают "представлять смысл" для растущего ребенка, отвечает за речь, мышление (внутреннюю речь) и создание карт и моделей реальности.

Так как объем информации возрастает логарифмически, эта система по мере роста человека производит новые карты и модели все быстрее и быстрее. Эти новые туннели реальности дают начало новым технологиям, которые изменяют политику, экономику и социальную психологию непредсказуемым образом.

В то время, как первые две системы поддерживают константы эволюции, семантическая система высвобождает фрактальный "хаос" -- математический термин для обозначения высокой степени непредсказуемости. Времясвязывающий семантический организм -- такой, как человеческий, -- отходит от эволюционных норм и функционирует как революционный фактор... по крайней мере, потенциально.

* Фракталы -- геометрические формы ("узоры"), выглядящие одинаково при любой степени приближения.

Для предотвращения ускоряющихся изменений и Неизвестных Результатов быстрого потока информации большинство обществ тормозит времясвязующую функцию, налагая жесткие табу на речь, письмо и другие виды коммуникации. Как только эти табу начали разрушаться -- после того, как английские и американские законы о правах стали копироваться другими государствами, --информационный поток заметно усилился и мир начал с головокружительной скоростью совершать квантовые скачки из одного туннеля реальности в другой. Это настолько тревожит консерваторов (неофобов), что вопрос отмены Билля о Правах всегда занимал центральное место в любой консервативной программе.*

* Когда в США у власти была администрация Рейгана, полковник Оливер Норт предложил план, позволяющий президенту по желанию приостановить действие Билля о Правах. Подобные планы возникают везде, как только к власти приходят консерваторы. - Прим. автора.

4. Социосексуальная система, импринтируемая в период полового созревания, создает характерную Сексуальную Роль и "личность", способную последовательно воплощать эту роль. "Мораль" закрепляется в этом импринте в первую очередь, обеспечивая постепенный "цивилизационный" процесс, благодаря которому лояльность по отношению к семье может перерасти в лояльность к любому члену племени, в высшую лояльность к нации, государству и т.д. и даже, в наше время, -- в лояльность по отношению ко всему человеческому роду и живой планете Земля.

Как упоминалось выше, четыре следующие системы обычно наблюдаются у меньшинства и могут иметь важную роль в нашей дальнейшей эволюции. Опишем эти развивающиеся футуристические системы.

5. Нейросоматическая система, содержащая обратные связи "головной мозг--нейропептиды--иммунная система", которые мы рассмотрели в разделе о единстве "души -- тела".

Эта система известна достаточно давно, и приемы ее активации представлены в таком многообразии видов йоги, шаманизма, гипноза, "исцеления верой" и т.п., что почти каждому, кто не является членом Американской ассоциации медиков или Комитета по научному расследованию сообщений о паранормальных явлениях, известно о ней хоть что-то, и даже в фольклоре существует о ней немало пословиц.

Статистика, приводимая профессором Бэрфутом из Дюкского университета, показывает, что оптимисты живут дольше пессимистов, что вряд ли может кого-то удивить, кроме материалистических фундаменталистов. Народная мудрость знает достаточно о нейросоматических обратных связях, -- не имея, однако, представления о научной стороне этого явления, -- о чем свидетельствует стремление большинства людей "приободрить больного", вызванное уверенностью, что позитивное мышление более способствует выздоровлению, чем тоска.

Эволюционно-революционный переломный момент, или квантовый скачок, кажется неотвратимым, так как изучение иммунно-нейропептидных связей, нейрохимии, эриксонианского* и постэриксонианского гипноза, нейролингвистического программирования должно привести к появлению "научной йоги" или, как я ее называю, "революции в голове" -- революции Гедонической Инженерии и Развития**. Нейросоматическое лечение и нейросоматические "подъемы" (йогические или химические экстазы), в прошлом достигавшиеся интуитивно или случайно, положат начало точной технологии прекрасного настроения и хорошей жизни.

* Эриксонианский гипноз -- современная система психотерапии, названная в честь ее основоположника, доктора Милтона Эриксона.

** Игра слов: англ. head -- "голова"; HEAD -- аббревиатура от Hedonic Engeneering And Development.

Уже существуют отдельные журналы, занимающиеся популяризацией последних научных достижений нейросоматики. Широкой публике уже немало известно о наркотиках (узаконенных и нет), витаминах, питательных веществах, брэйн-машинах и компьютерных играх, позволяющих войти в нейросоматические состояния. В следующее десятилетие число последователей "революции в голове" будет расти, а информационный взрыв в соответствующих областях науки даст начало новой и лучшей технологии избавления от импринтов и метапрограммирования (избирательного переимпринтирования).

Нейрологическая составляющая этой системы, по-видимому, расположена в правом полушарии головного мозга (что объясняет, почему до недавнего времени большинство попыток ее словесного описания казалось полной тарабарщиной. Элегантные вербализмы могут возникнуть только после того, как информация пройдет через семантические цепи левого полушария).

6. Система метапрограммирования, базирующаяся на йоге и научном методе, возникла на Западе после научной революции -- в среде различных "герметических" обществ (XVI --XVIII вв.). Свою вторую жизнь она получила в 60-х годах нашего столетия, когда наркотик ЛСД показал большинству психологов и нейрологов, что быстрые изменения функционирования головного мозга легко достижимы при использовании правильных методик. Когда правительство запретило использование ЛСД, исследования сместились в "законные" области -- применение других наркотиков (некоторые из которых впоследствии также были запрещены), изоляционных камер и т.п.

Поток информации в этой системе, похоже, также должен увеличиться, так как численность ее "аудитории" или "потребителей" возрастает каждое десятилетие по экспоненциальному закону.

Доктор Тимоти Лири показался сумасшедшим (большинству людей), когда 30 лет назад он заявил: "Вы можете изменять себя так же легко, как вы переключаете каналы в телевизоре". Сейчас, хотя доктор Лири по-прежнему страдает* от клеветы и неверного истолкования его идей в средствах массовой информации, передовая треть населения очень хорошо понимает, что он имел в виду, утверждая:

А. Нет "сущностного "я"" или статичного эго.

Б. Мы можем метапрограммировать нашу нервную систему на множество "я", большинство из которых будет эволюционно намного опережать средний земной уровень. Когда достаточно разовьются технология и внутренние искусства метапрограммирования, произойдет еще один революционный квантовый скачок, даже более значительный, чем овладение нейросоматической системой, которое даст нам "только" Долголетие.

* Тимоти Лири умер в 1996 г.

Метапрограммирование даст нам Высший Разум.

(Нейрологическая составляющая этой системы, по-видимому, расположена в передних, самых молодых частях головного мозга.)

7. Морфогенетическая система содержит "личности" и информационные банки всех живых существ. Первое описание этой системы встречается в языке "реинкарнационной" модели, так как шаманы и йоги, импринтировавшие эту систему, не могли говорить и думать о потоке неэготической информации иначе, чем в терминах некоторого трансцендентного эго, прыгающего во времени из одного тела в другое.

Фрейд и Юнг пошли немного дальше. Обнаружив информацию этой системы в снах своих пациентов, они ввели понятия "расовая память" и "коллективное бессознательное". Ни один из этих терминов нельзя расценивать как операциональный и научный, но записи Фрейда и Юнга по крайней мере обратили внимание других психологов на неэготические информационные системы.

И вновь ЛСД выступил в роли катализатора. Обнаружив, что действие ЛСД пробуждает обширные потоки неэготической информации из прошлых эпох, Лири в Гарварде ввел понятие "нейрогенетическая цепь", а Гроф в Чехословакии -- понятие "филогенетическое бессознательное". Другие исследователи либо также придумывали этому явлению разные названия, либо просто собирали информацию, не обобщая ее в терминах.

Первая научная модель этой системы содержалась в работе доктора Руперта Шелдрейка "Новая наука о жизни". Если Лири и Гроф, подобно Юнгу и Фрейду, предполагали, что неэготическая информация, неизвестная головному мозгу, должна поступать из генов, то Шелдрейк, будучи биологом, знал, что гены не могут содержать подобную информацию. Поэтому он предположил существование нелокального, как в квантовой теории, поля, которое он назвал морфогенетическим полем. Это поле существует между генами, но не может быть обнаружено "в" них -- подобно тому, как Джонни Карсон "путешествует" по множеству телевизоров, но не находится ни в одном из них.

По-видимому, пройдет еще много-много времени, -- может быть, четверть века (то есть до 2015 года), -- прежде чем мы освоим искусство и науку использования морфогенетической системы в своих целях.

Тем не менее все, кто имеет большой опыт изучения этой системы, соглашаются с Юнгом и Лири в том, что ее информация содержит в себе не только память о прошлом, но и отчетливые траектории будущего.

Морфогенетическая система может служить своеобразным эволюционным "радаром", подготавливая нас к квантовым скачкам сознания посредством демонстрации нам записей о предыдущих мутациях.

8. Нелокальная квантовая система (которую мы описали со слов современных физиков в предыдущей главе) просматривается в свидетельствах о немногочисленных шаманах, йогах и поэтах, которые жили почти в каждом столетии человеческой истории. Парапсихологи начали было научное исследование того, каким образом эта внепространственная и вневременная система взаимодействует с нашими другими "я", но, так как им чаще всего не хватало операционального словаря, их работы не точны и не представляют научного интереса. Последние достижения квантовой механики открывают возможности для более быстрого продвижения в понимании "паранормальных" и "трансцендентных" состояний.

Когда "я" действует в нелокальной системе, оно снова становится другим "я", как всегда происходит, когда мы переходим из одной информационной системы в другую. Нелокальное "я" -- вне времени и пространства, а также вне "сознания" и "материи" -- еще не удавалось перевести в линейный вербализм левого полушария головного мозга. Эта личность превосходит все "либо -- либо", и, как хорошо известно буддистам, мы даже не можем называть ее "личностью", или "я".

Китайцы, которые, кажется, имеют больший, чем кто-либо еще (даже индийцы), опыт изучения этой системы, определяют нелокальный опыт с помощью отрицаний -- "не-ум", "неделание", "несуществование" и даже "не-несуществование".

Та же супер-синергия присутствует в попытках доктора Бома описать полученный им результат при помощи слов. Как бы ни были понятны его математические выкладки, его слова начинают звучать по-китайски, когда он говорит, что подразумеваемый порядок не состоит из "ума", но имеет "качества, подобные уму".

Очевидно, нам потребуется еще не менее полувека для научного освоения этого уровня квантовой психологии.

А пока что мы по крайней мере узнали от копенгагенистов, что, какую бы модель нелокального опыта мы ни избрали, она всегда будет меньше, чем сам этот опыт.

Это должно удержать нас от догматизма и непоследовательности, допущенных многими авторами в их попытках описать нелокальное "Я".

Я бы счел это вершиной интеллектуальной лени и ментальной некомпетентности, если бы решил компенсировать словом "Бог" ограниченность моего воображения и словаря. Вместо этого я закончу мудрыми словами Алистера Кроули. Когда его попросили дать определение Дао, он сказал:

Результат вычитания вселенной из самой себя.

Hosted by uCoz